«Иванушки» попросили воронежского музыканта сделать для них ремикс

Влад Северцев в представлении воронежской молодежной тусовке не нуждается. Для остальных сообщим: Влад Северцев, 26 лет от роду, всю свою сознательную жизнь прожил в Воронеже, по знаку Зодиака — Рыбы, музыкант, филолог, журналист, лидер группы «Pork-Roll», характер стойкий, нордический, в общении сложен, но в душе нежен и беззащитен. Чуть больше года назад Северцев, или, как его называют друзья, Сева, уехал в столицу — работать в модном молодежном журнале «Птюч» в качестве музыкального редактора.

— В чем заключаются функции музыкального редактора, чем ты здесь занимаешься?

— В «Птюче» есть постоянный блок музыкальных новостей, обзоров и интервью. Пишут эти тексты несколько людей, а я занимаюсь координацией их работы и сам иногда делаю какие-то вещи.

— А группа «PorkRoll» как поживает? Где выступаете?

— В Москве играем время от времени, в разных местах, но сейчас основные силы уходят на запись собственного диска, который выйдет в марте. А еще в последнее время нам стали заказывать ремиксы. Вот буквально позавчера поступило предложение сделать ремикс для «Иванушек International». Представляешь? (Нервно смеется. — Авт.) А в ближайшее время будем делать ремикс для группы «Детский панадол». Когда запишем диск, поедем с ним в Европу выступать.

— Ты часто бываешь в Воронеже?

— Где-то раз в месяц-полтора. У меня дом находится на центральной улице города, и невозможно отойти от него метров на 200, чтобы не наткнуться на кого-нибудь из знакомых. Поэтому в Воронеже я стараюсь из дома не выходить. Общаюсь с очень ограниченным кругом своих знакомых. На телефонные звонки не отвечаю, У потому что 90% людей задают один и тот же вопрос: «Как Москва?». На него вообще невозможно ответить. Многие постоянно ноют и жалуются на свою жизнь: ничего, мол, не получается, город плохой, все дерьмо. Уезжай тогда из этого города — в Сан-Франциско, в Москву, в Пекин. Но почти никто ничего конкретного не делает.

— Многие воронежские музыканты и ди-джеи обвиняют тебя в том, что ты продался, стал делать коммерческую музыку, чтобы заработать деньги. Что ответишь?

— Это для меня не новость. Во-первых, мне все это по фигу абсолютно. Я не ставлю своей целью нравиться всем подряд, да это и в принципе невозможно и не нужно. Я стал заниматься электронной музыкой не потому, что решил продаваться. Если бы хотел денег, занялся бы чем-то другим — торговлей цветными металлами, например.

— Твое отношение к наркотикам?

— Употреблять можно, иногда даже нужно, но иметь при этом чувство меры. Я, например, чисто физически не готов сейчас съесть в клубе экстази, всю ночь ходить с выпученными глазами, часов до 12 дня отходить от этого, а потом лечь спать. От марихуаны я просто вырубаюсь. Тяжелыми наркотиками никогда не занимался, потому что знаю многих людей, которые утверждали, что в любой момент могут бросить, но никто не остановился и никто не слез. Тем более в Москве гораздо больше возможностей и подталкивающих факторов, ведь уровень стресса здесь несопоставимо выше.

— Ты летишь в самолете, в Европу например, на гастроли. И вдруг самолет падает. Твои действия?

— Конечно, чудовищно обосрусь — не очень, я думаю, приятно падать в самолете. Единственное, по поводу чего буду париться, — вопрос о том, кто будет содержать и воспитывать моего сына после того, как отброшу копыта. И все. Ну, упал, значит, так надо.

_{Светлана Косова, Моё 12(227)/'99}